Говинда Махарадж — центр особого мира служения

Говинда Махарадж — центр особого мира служения


Шрипад Бхакти Виграха Ньяси Махарадж

(19 июля 2015 года. Лахта, Санкт-Петербург)

 

Впервые я встретился со Шрилой Говиндой Махараджем, наверное, в восемьдесят третьем году. Он тогда был менеджером в Матхе [Шри Чайтанья Сарасват Матхе] своего Гуру Махараджа [Шрилы Шридхара Махараджа]. В то время я не понимал его возвышенного положения — он вел себя как обычный преданный, который заботится о тех преданных, которые приезжают служить, слушать Шрилу Гуру Махараджа.

Мы с женой получили Гаятри-мантру, наверное, в 1972 году, но не от самого Прабхупады, а от его слуги Бхагавана, который начитал эту мантру для нас. В какой-то момент этот Бхагаван стал оскорбителем, и в конце концов это для него плохо кончилось. И я поэтому спросил [Шрилу Говинду Махараджа]: «Хотя эта мантра была передана им от имени Шрилы Прабхупады, но тем не менее через его посредничество. После этого он определенно, можно сказать, пал. Считается ли это [подлинной передачей] или надо заново ее получать?» Когда мы рассказали все это Говинде Махараджу, тот улыбнулся во всю ширину своей улыбки и сказал: «Я поговорю об этом со Шрилой Гуру Махараджем [Шрилой Шридхаром Махараджем]». И потом до меня дошло через какое-то время, что Шрила Говинда Махарадж погружался в экстаз, когда кто-либо имел возможность соприкоснуться с милостью Шрилы Гуру Махараджа. На следующий день Говинда Махарадж пришел к нам и сказал: «Да, я поговорил с Гуру Махараджем. Тот сказал, что действительно ритвик должен быть уполномочен заново».

Шрила Говинда Махарадж незаметно всегда присутствовал рядом [со Шрилой Шридхаром Махараджем], он всегда был на некоем заднем плане, но всегда присутствовал со своей потрясающей широкой улыбкой.

И затем позже, по-моему, в этом же году, но, так или иначе, это конец восьмидесятых был. Я был со Шрилой Говиндой Махараджем в Дам-Дам парке в Калькутте в каком-то доме. Я говорил: «Махарадж, я хочу проповедовать. Что мне для этого нужно?» И он сказал: «О-о, Говинда Прабху! Ты не можешь сейчас принять санньясу». [Смеется.] И снова улыбнулся широко.

И как-то мы с Гурудевом были уже после ухода Шрилы Гуру Махараджа… (уже, наверное, даже в поздние девяностые, в девяносто восьмом, девяносто девятом году, может быть)… мы были вместе на Говардхане. И Говинде Махараджу не очень нравилось, что один преданный там занимается ресторанным бизнесом, вообще, как он все это делает, ему очень не нравилось, как в Лондоне это делают. А я, наоборот, горел этой идеей, пытался убедить Гурудева, Говинду Махараджа, что это хорошо, что он это делает. И, когда вопрос коснулся финансов, я стал говорить: «Да ладно, бизнес разовьется. Все будет замечательно». Гурудев посмотрел на меня взглядом льва. [Смеется.] И он сказал: «О, Говинда Прабху! Ты не можешь мне врать — я парамахамса». [Смеются.]

Я был с Гурудевом во многих местах. Я путешествовал с ним по Америке — в Бостоне, еще где-то. В Италии и в Индии, куда бы Гурудев ни ехал, он с собой перевозил свой мир, свой мир сознания Кришны, и казалось, что он и все, кто его окружает, находятся в некоем пузыре, который отделяет от внешнего мира его мир сознания Кришны. И в центре этого пузыря был он — Шрила Говинда Махарадж. А все остальные счастливо вращались вокруг него. И это было очень гармонично. Почему? Потому что когда он центр притяжения и существования, то все частные проблемы, потребности, интересы и прочее — все очень гармонично разрешалось. Оно все было связано с ним.